batinaalex

Твори со мной. Хотябы.

 

Самое главное это знать…даже не то, что ты хочешь, но знать точно то, чего ты не хочешь, и это втолкнёт тебя в то, что ты действительно хочешь.

Против спекуляции традиций и переодеваний в костюмы, против спекуляции эмоциями, против надрывания ран.  

За «Холодный реализм», как выразился один мой нежный друг, но меня привлекает здесь слово – «холодный», что для меня  — «неспекулирующий», «неманипулирующий». Это и есть факторы, создающие среду, в которой я творю смыслы : Имей, вызови желание и дай свободу развитию. Каждая моя работа – это высказывание. Я даю лишь ориентиры, намёки, «первые буквы слов», чтоб сориентировать, но контекст, среда нахождения этих букв даёт понять, увидеть каждое слово и прочесть высказывание в целом. Маскирую смыслы от потребителей (тем самым провоцируя их на поиск в себе творцово-сотворцовых качеств, рассчитывая на амбициозность оных ), открывают их сотворцы!

Сомнение в фактах доксальной реальности  даёт возможность осознать бессмысленность бытия и сознание неизбежности, вынужденности творения собственных смыслов, собственных ориентиров преследует саму жизнь.

 хочу уточнить, что 2 фактора ограничивают нас от самоликвидации:

1 удовольствие (чем руководит инстинкт самосохранения)

2 творение смыслов, то есть создание собственных ориентиров на карте жизни. Творение смыслов, как акт противостояния смерти.

К первому приходят многие (потребители),  но ко второму – не каждый. Ко второму приходят жадные до жизни, искушённые, пережившие, проглотившие, несчастливые и ненесчастные уже, поставившие саму жизнь под сомнение, не ищущие истину и не ждущие готовых «формул счастья». Я заинтересована именно в них, кого уже не удовлетворяют только удовольствия, в тех, кому не нужна история с большой буквы «И» и не нужны сопливые драмы любви с большой буквы «В» (вера); в тех, кто может безоценочно анализировать, холодно перенося через себя переживания, погружаясь в само впечатление, освобождаясь от вербализации, оценки; в тех, кто способен ощутить пропасть в пробеле меж словами, в тех, кто посредством собственных ассоциаций творит ориентиры в этой пропасти, кто внимателен и не пропускает (то есть творцам и сотворцам),  именно им я обращаю свои произведения, именно их я призываю творить со мною смыслы, беря ориентиры в моих произведениях

PS. (обращение к творцам – я свято верю, что в каждом есть творец смыслов и хочу находиться  в диалоге взаиммодействия лишь с ним (и по средствам своих произведений) игнорирую невнимательных потребителей, игнорирую вопрос – «поймут ли меня они, потребители», всё, чем я им могу помочь – поставить под сомнение их доксальную жизнь с рождением детей и лечением антибиотиками, эту пародийную основу бытия, под названием семья).

Батина Александра. 25.08.2010 Душанбе (Таджикистан) batinaalex.com

Симулякр не даёт мотивации, так как «бог умер»,а соответственно – отсутствие идеи, учитывая всеобщее равенство, и при этих обстоятельствах человек может просто жить, как животное, и осознавая себя симулякром, он может даже не жить а только «доживать». Жизнь не имеет «смысла», а занчит молчание равно глагольству и рождается аппатия, действия оказываются вынужденными и направлены на это выживание в своём физиологичном аспекте — вымучивание собственной жизни, так как он уже не воспринимает жизнь, как удовольствие, как кротковременный дар тела ( воспринимая тело и ментальность инструментом получения удовольствий) так как удовольствий уже не существует. Происходит растворение идеалов, а соответственно принципов и позиция человека осознающего себя симулякром превращается в «доживание». Следовательно, человек, в своей актуальной форме осознавая себя симулякром, преобретает ощущения амёбы, что не характерно для его формы, как данности. То есть человеку дано больше инструментов, чем необходимо для существования симулякра, а для симулякра достаточна формы. А так как форму от содержания отделить невозможно, значит форму/материю (физическое тело и ментальность, дарующую способность к мыслительной деятельности/анализу/рождению смыслов) неоходимо учитывать и даже ориентироваться на возможности данные такому предмету, как человек. Так же симулякр не нуждается в диалоге и не подвержен манипуляции и не имеет желания манипулирования, так как нет смысла и цели в ней, и поэтому быть симулякром , это шизофрения, это выход из знаковой системы, а соответственно иерархии, для которой важен диалог. И в физическом мире преверженец симулякра, человек осознающий себя симулякром и наравне осознающий всех, как симулякров, не видет смысла, теряя ориетиры (хорошо/плохо и даже оценку нравится/не нравится, что есть признак желания испытания физического либо ментального и чувственного удовольствия , а удовольствие провоцирует к жизни) при отрофировании ментальной чувственности. Но физическая чувствительность не может быть отрофирована и она тяготит, тяготит тело, так как рефлексы тела тяжело игнорировать и потушить их сложно. И соответсвенно здесь рождается желание освобождения от тяготения, освобождения от тела, что в практике называется смертью, а практикующие буддисты называют «освобождением». Симптомы не-симулякра – желание и рефлексия, стремление к диалогу, желание «выделиться», то есть войти в иерархию. Симулякр это не кондиция, не состояние, это отношение, периодически завоёвывающее сознание человека в периоды стресса, когда теряются ориентиры. Даже долго длящийся монотонный звук имеет вибрацию. Симулякр имеет лишь форму без вибрации, так как вибрацию рождает диалог меж пространством и субъектом (или объектом,всегда путаю эти слова не найдя различий в этих словах), а желание диалога провоцируется целями, а цели несут в себе идеалы, а значит «бога», и если «бог умер», значит позицианирование расстворилось, превратя каждый объект многообразия по отношению друг к другу в равнозначное, человека, как форму саму в себе (по себе), лишь существующую, но не действующую.

14.08.2010

batinaalex.com

Sub Rosa

Творчество – акт борьбы со смертью. Так как сама жизнь поставлена под сомнение,Человек, наблюдая бессмысленность в актах жизни, отсутствие «истины», а соответственно и безразличие результата, впадает в отчаяние, теряя основание. И поэтому он в конвульсиях начинает творить собственные смыслы, (в то же время понимая всю иллюзорность их) чертить ориентиры, предаваться удовольствиям, не как удовольствиям, но как необходимости, вынужденности, диктуемыми инстинктом самосохранения. Творение (творчество), как акт противостояния смерти. То есть, осознавая, безразличие результата, то есть даже безрезультативность акта, действующего так и подмывает остановиться на любом, каждом его шаге, прекратить эту игру в сотворение смыслов, так как смыслы иллюзорны, а осознание «конца», то есть отсутствия «истины» – нет; но он не может остановиться в силу инстинкта самосохранения.

Возможно ли придумать, сотворить «истину»? На этот вопрос и отвечает инстинкт самосохранения – пока мы творим, мы – живы, пока мы заставляем себя увлечься этой иллюзией, воспринимаемой органами чувств, поверить ей хоть на время (ей – жизни). Поэтому творение «истины» (истина – как претензия убедительности иллюзии) и веры в неё необходимо для сохранения жизни, как жизни тела (тела, обладающего органами чувств, как инструмента веры в иллюзию).

Почему порой я плачу после получения удовольствия/оргазма от полового акта, потому что настолько сильная вера в иллюзию, настолько сильное увлечение ей, посредством задействования всех органов чувств в момент акта растворяется при окончании оного и опять приходит осознание, что это – все-го лишь иллюзия. Почему возлюбленные после свершения акта застывают в объятиях, потому что акт объятий – это акт благодарности за предоставление всепоглощающей, всеувлекающей (увлекающий все органы чувтсв) веры в иллюзию, а значит, продолжения жизни, и сам половой акт, это акт сострадания партнёров друг к другу, сознающих безсмысленность бытия. (Удовольствие, как критерий убедительности иллюзии)

Художник даёт надежду поверить в возможность  «смысла жизни». Или ставит под сомнение уже сфабрикованные идеи, отягощающие существование,  даёт возможность вспомнить о том, что «можно остановиться», то есть, что главный – это сам человек, а ни его обстоятельства, то есть художник дарит зрителю ощущение свободы от обстоятельств, указывая на то, что, его обстоятельства – это его персональный выбор, а соответственно, он может в любой момент перефразировать свою «реальность», свою «истину», то есть сменить одну истину на другую, отказаться от «себя», от того «себя», который уже тяготит.

Художник должен рождать смыслы и интерпретации и иллюзии, которые должны интерпретироваться по разному людьми с разным бекграундом (то есть отказаться от  традиций разделения по признакам, здесь и вступает в дискурс лингва франка), должен загонять зрителя в собою созданный лабиринт смыслов и значений, но эти значения должны иметь возможность  интерпретироваться неоднозначно (!!!).  Он может говорить «невпопад», но «говорить всё» и говорть всё и не упускать детали, Чтоб зритель, «теряясь», собирал, так сказать, разобранный пазл в единую карту и пользуясь этой картой понимал, что же хотел сказать автор. то есть произведение должно лишь давать ориентиры, быть фрагментарным, чтоб зритель чувствовал соучастие в его творении, то есть свою интерпретацию, здесь и рождается диалог со зрителем! И именно давая зрителю возможность творить, СОтворять, оставляя «недосказанность» и предоставляя право выбора (интерпретации), художник, таким способом находясь в диалоге со зрителем, даря ему возможность «творить вместе», становится убедительным, восходит по иерархии, растворяя иерархию в своих произведениях. Он говорит – «все равнозначны»,  каждый может быть сотворцом и творение существует только в этом «со»творении, и тем самым обретает «диалог с публикой», захватывает её внимание, то есть имеет власть, манипулируя «законами» взаимодействия, то есть ценностями, порой и доксальными, существующими на данный момент времени. Поэтому ценность продукта искусства определяется силой резонанса общества на этот продукт, а художник является эдаким «убедительным лжецом и манипулятором» в целях «эвалюции», то есть иерархии, он от скуки и осознания безцельности жизни довольствуется властью.

Автор, как это обычно происходит,  в своём произведении анализируетет личную историю, либо вывод размышлений о бытии  вкладывая порой лишь единый тезис в произведение, или показывая свою дорогу к этому тезису, провозглашая, что у «истины» есть хвост, за который её возможно схватить, что в жизни возможно найти «основание», то есть мотивацию жить.

Искусство и жизнь взаимосвязаны в силу того, что искусство черпает смыслы из размышлений о «личной жизни»  об уже созданной иллюзии, в которой живёт человек, о ценностях, обуславливаемых существование этой «убедительной иллюзии», называемой жизнью, тормозящих самоликвидацию. То есть смысл жизни заключается в поиске оправданий её, в нащупывании функционирования тех  убедительных иллюзий, оправдывающих существование человека, , которые растворяются медленнее, то есть более устойчивы для сознания человека, живущего в данном потоке информации, то есть времени и манипуляция их.  

Т есть продукт искусства собственно – это спрятанная в красоте элементов выразительности убеждающая жить иллюзия, что бытует под названием «истина», в то время как процесс творчества – противостояние смерти.

 16.08.2010

batinaalex.com

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

  • Blog Stats

    • 20,972 hits
%d такие блоггеры, как: